«Блажен муж, иже НЕ иде на совет нечестивых»

«Блажен муж, иже НЕ иде на совет нечестивых» - так писал святой псалмопевец пророк Давид «Блажен муж, иже НЕ иде на совет нечестивых» - так писал святой псалмопевец пророк Давид. Не участвовать в делах тьмы и одновременно быть светильником во мраке атеизма, не бояться никого и ничего, обличая безбожную власть, когда все вокруг молчат - это большая смелость человека достойна того, чтобы о ней говорить и писать. Владыка Феодосий - действительно герой нашего времени, один из настоящих апологетов ХХ века. Его помнят внимательным, чутким, пастырем добрым, «что жизнь свою отдает за овец». 1 октября 2001 на 75 году жизни митрополит Феодосий скончался. А с ним - и целая эпоха.

Настоящим сокровищем архива Полтавского епархиального управления является дневники митрополита Феодосия, которые он старательно вел на протяжении почти всей жизни. «История моей души» - так собственноручно написал он на обложке первой тетради. К сожалению, формат нашей газеты не позволяет полностью воспроизвести весь жизненный путь этой чрезвычайной человека, однако попробуем хотя бы кратко очертить основные вехи служения митрополита, опираясь на его собственные слова и воспоминания.

Митрофан Никонович Дикарь-Ваколюк (такое светское имя архипастыря) родился 23 ноября 1926 в селе Монахини Корецкого района Ровенской области в крестьянской семье, «когда старый Черницкий звонарь Гавриил начал людей созвать на Всенощное бдение».

... Он рано остался сиротой. В своем дневнике, вспоминая детские годы, митрополит напишет: «3 мая 1930 Буйно цвели сады, весело пели птички, игриво и легко порхали бабочки ... во всю свою силу воскресала природа. В это самое время умерла моя мать. «Умерла Санька! - так звали Маму (полное же ее имя - Александра) - Умерла Санька »- кричала испуганно тетя Тодоська. Прибежал бледный Отец ... Все плакали и я тоже ...

Ее положили в гроб. Ей было 23 года ...

5 мая. С хоругвями, с крестом, с хором и священником несли ее до самой могилы ... Я сидел на руках у тети Тодоськи, смотрел ... Засыпали ее землей, и там, где недавно была Мама, вырос небольшой бугорок земли. Все разошлись, только Отец лежал на могиле и не плакал, а стонал ».

А дальше Владыка рассказывает о своей учебе в школе, друзей, детские забавы ... и о войне. И снова запись, наполненный ужасом и тоской:

«10 июля 1941 ... К нашему дому подъехал виз с тремя мужчинами ... Это были шуцманы - немецкая полиция, навербованных с Украинской. Отцу было немедленно приказано собираться с ними в район, сказали, что он арестован ... Ему разрешили зайти в дом, чтобы взять чистое белье. Воспользовавшись этим моментом, он стал убегать в поля. И пуля была быстрой ... Он упал. К нему подошли и еще сделали несколько выстрелов в упор ... И все это было на моих глазах.

12 июля. Похоронили отца ... Ни одна слеза не упала с моих глаз. Сердце окаменело. Я не верю, что его нет. Такого быть не может ... Он есть. Вот сейчас зайду в дом и там увижу его! .. Захожу ... Нет, нет! ..

14 июля. Постепенно до моего сознания доходит ужасная реальность: его нет, его не будет, он на кладбище, а я - круглый сирота. Один в целом мире. Теперь я плачу не останавливаясь. Я беру молитвенник, иду на поле, сажусь под копной и молюсь. От этого становится легче ».

Охваченный желанием с юных лет служить Господу, Митрофан отправился пешком в Почаевскую Лавру. От родного села Монахини Корецкого района Ровенской области - это ни много ни мало - 200 километров. А было ему тогда всего 16 лет. Шел 1943, и именно тогда будущий святитель написал: «Хотя упаду, но встану и твердо я стану, с правой пути я не сойду ...» Этим юношеским строкам он был верен всю жизнь. В Лавре он работал на огороде, позже стал секретарем канцелярии.

В 1947 Митрофан Дикарь-Ваколюк уже зачислен в Московскую духовную семинарию, а по ее окончании - в Московскую духовную академию. В 1955 он заканчивает ее со степенью кандидата богословия, защитив диссертацию на тему «Отношение греко-римского мира к христианам согласно трудами апологетов».

Под датой 25 мая 1955 в дневнике запись: «Решил окончательно стать монахом. Так я смогу себя всего отдать Божьему делу ... »А 25 августа того же года по благословению Святейшего Патриарха Алексия и епископом Владимирским и Суздальским Онисимом (Фестинатовим) выпускник Московской духовной академии Митрофан Никонович Дикарь-Ваколюк был пострижен в монашество с наречением имени Феодосий в честь преподобного Феодосия Киево-Печерского. Сам Владыка об этом вспоминал так: «Начался постриг, и я почувствовал в себе, в своем сердце какое-то необычное тепло. Оно росло во мне, увеличивалось. Оно охватило меня всего. Я стал таять, как тает лед у огня. С меня полились теплые, благодатные, тихие слезы ... Наконец, все было закончено ... я стоял в полном монашеских одеждах. Во мне что-то переродилось, переродился и я сам - я слышал в себе большую, сладкую тайну, слышал рай; и все, что было вне меня, меня не касалось ни капельку ».

28 августа монах Феодосий был рукоположен в сан иеродиакона, а 4 сентября - в иеромонаха и назначен священником в храм с. Костирево Владимирской области. В январе следующего года иеромонах Феодосий был переведен на служение в Кладбищенский храм города Владимира. В мае 1958 стал преподавателем и помощником инспектора Волынской духовной семинарии. В апреле 1963 возведен в сан игумена. В сентябре 1964 назначен преподавателем Одесской духовной семинарии и вскоре стал помощником инспектора этой семинарии. 21 марта 1966 Святейшим Патриархом Алексием и назначен ректором Одесской духовной семинарии и возведен в сан архимандрита.

Решением Священного Синода и Святейшего Патриарха от 4 апреля 1967 архимандриту Феодосию определено быть епископом Переяслав-Хмельницким, викарием Киевской епархии. 3 мая во Владимирском кафедральном соборе. Киева состоялось его наречение, а на следующий день - хиротония во епископа, которую совершили митрополиты Крутицкий Пимен (Извеков) и Ленинградский Никодим (Ротов), архиепископы Киевский Филарет (Денисенко), Эдмонтонский Пантелеимон (Рудык), Иркутский Вениамин (Новицкий), Ивано-Франковский Иосиф (Савраш), Херсонский Сергий (Петров) и Львовский Николай (Юрик).

7 октября 1967 согласно с Патриаршим указом владыку Феодосия назначен епископом Полтавским и Кременчугским.

Полтавской епархией Владыка руководил до 1979 г.., Когда был смещен на Астраханскую кафедру. А причины этого смещения заключались в следующем.

Возмущенный действиями местных полтавских уполномоченных по делам религии, епископ Феодосий 26 октября 1977 направил Генеральному секретарю КПСС Л. И. Брежневу письмо о крайне бедственном положении Православной Церкви в Советском Союзе. Приводя дерзкие примеры произвола уполномоченных, Владыка пытался пробудить голос совести у советского руководства:

«В 70-е годы в Астраханской епархии было всего 15 храмов, в Оренбургской - 13, в Вологодской - 17, тогда как в Полтавской епархии насчитывалось 52 прихода, а в Черниговской - более сотни. Целью партии и правительства было сократить количество приходов в Украине до среднестатистического показателя по России. Как мне потом стало известно, следующим этапом планировалось объединение епархий. Так, чтобы один епископ руководил несколькими епархиями. Продолжалась откровенная война против Православия. Итак, когда во времена Хрущева представители власти приходили и просто забирали ключи от храма, то во времена Брежнева тактика изменилась. Мне, епископу Полтавском и Кременчугском, в 70-е годы запрещали рукополагать священников и диаконов. И вот представьте ситуацию. В селе умирает батюшка. Храм стоит закрытый, Вакансия не замещается - служить некому. Кроме того, страховка и арендная плата за землю государстве не перечисляются, и приход ликвидируется будто сама собой. А власти как бы и ни при чем. В Киеве мне как-то цинично заявили, что, мол, таким образом мы боремся за чистоту Православия, чтобы вы, владыка, а не посвящали людей без духовного образования. На что я ответил, что это не ваша, безбожников, забота, а моя.

Безбожники и в храмах ставили своих людей. Был такой случай в Полтаве. Люди никак не могли избавиться старосты, которому не доверяли. Это тянулось долгое время. Как-то на приеме у Патриарха Алексия И я рассказал ему об этой ситуации. Святейший выслушал меня, улыбнулся и говорит: "У меня в Москве тоже такая староста, и я также не властно ее снять". Я привожу этот эпизод, чтобы люди знали, как система вмешивалась в святая святых. Это надо помнить, чтобы никогда не допустить повторения.

Ежегодно из епархии выбывало или умирало 8-10 священников. Трех семинарий на весь Союз, конечно же, не хватало. И к ним молодым людям власть не давала дороги. Был один вариант: менять профессию и идти в конюхи или дворники, тогда можно было претендовать на вступление. Вот и получилось, что на всех уровнях нам упрекали: у вас учатся сами дворники и конюхи! А в монастырях не позволяли прописывать монахов и монахинь. Если в церкви протекла крыша, то никаких ремонтов не разрешалось начинать, пока из райисполкома не уедет комиссия на место и не вынесет своего решения. Даже разбитое стекло нельзя было поменять без высочайшего разрешения уполномоченного. Таковы были 70-е годы.

Сначала я обратился к местной власти. Так и так, дальше терпеть некуда, буду обращаться в ЦК. Но надо мной только посмеялись. И тогда я за несколько ночей написал письмо на 200 страницах. Когда же напечатали, получилось 40 листов. Это письмо 25 октября 1977 я послал Брежневу, а копии Патриарху и тогдашнему его Экзарху в Украине Филарету. Каким образом письмо попало и за границу. Его перевели на французский, английский, немецкий и даже арабский языки.

Облегчение произошло мгновенно, настолько был сильным резонанс в мире. Я уже "без разрешения" и ремонт в храме сделал, и иконостас позолотил. Епископы из Сибири и Урала говорили, что и у них в епархиях также изменилась ситуация к лучшему. Самое главное - прекратилось закрытие храмов. Ну, а меня, как виновника всего этого, выслали в Астрахани - места традиционного обретения всех мятежников ».

В письме в частности говорилось (приводим на языке оригинала): «Для общего блага, братства и большей сплоченности нашего народа нужно сделать очень немного:

а) прекратить унизительную и антизаконную регистрацию треб и требоисправителей в церкви;

б) дать возможность епископам рукополагать столько священников, сколько этого требуют обстоятельства и независимо от того, из какой области будет рукополагаемый;

б) не препятствовать делать ремонт храмов и молитвенных домов;

г) уполномоченным отказаться от своей антирелигиозной деятельности и быть нейтральными в вопросах веры, как того требует советское законодательство;

д) не закрывать храмов насильственным путем;

е) увеличить тираж выпуска духовной литературы, в которой имеется острая нужда среди верующего населения: церковных календарей, например, так мало, что их не хватает по одному на деревню;

ж) не мешать духовенству в выборе места жительства и служения;

з) не делать в прессе таких выпадов против религии, Которые могли бы дать право атеист ненавидеть верующих, а Также не допускать оскорбления чувств верующих в печати;

а) необходимо Церковь избавить от гнетуще опеки уполномоченных и больше ПРЕДОСТАВИТЬ прав в делах веры епископам. Ибо если было бы противоестественным, чтоб дела коммунистов решали антикоммунисты, то тоже нелепо видеть, как неверующие в лицо уполномоченных решают дела верующих. Пусть все станет на свои места. Таков закон правды ».

Реакцией на это письмо стало давление на Патриархию со стороны Совета по делам религии с требованиями устранения епископа Феодосия из Полтавской кафедры. Реакцией же священноначалия на это давление стало подъема в сентябре 1978 владыки Феодосия в сан архиепископа. Однако, через год, давление Рады все же взял верх, и 4 октября 1979 архиепископ Феодосий был смещен на Вологодскую кафедру.

Сам Владыка в то время болел воспалением легких. По заключению врачей перевода на север - в Вологду, могло только обострить болезнь и даже привести к смерти. Необходимо было переселение на юг. Ситуация разрешилась благим пожеланием приснопамятного Астраханского архиепископа Михаила (Мудьюгина) занять Вологодскую кафедру, освободив таким образом Астраханскую.

10 лет руководил архиепископ Феодосий Астраханской епархией, быстро получив любовь и уважение своей новой паствы. А в 1987 г.. Стал известным еще один его письмо. Сам он об этом вспоминал так: «Наша Церковь готовилась к торжествам по случаю 1000-летия Крещения Руси. По случаю юбилея государство возвращало Церкви Данилов монастырь в Москве. Но как праздновать, когда главная наша святыня и колыбель отечественного монашества - Киево-Печерская Лавра функционирует как музей атеизма? Об этом я и написал конце 1987-го Горбачеву. Просил его сделать такой подарок верующим и отдать Лавру. Письмо пошел по рукам среди киевлян, его цитировали зарубежные голоса. Меня тогда поддержали Олесь Гончар, Николай Амосов, Анатолий Соловьяненко. И снова появились чекисты, начались угрозы. Хотели меня отправить на покой, или в край - где вечное Рождество, как они говорили. То есть в Сибирь. Но Бог миловал ...

И вот через месяц меня вызывают в Москву, где я узнаю, что часть Лавры будет возвращено Церкви. Это были Дальние пещеры. Произошло чудо. Я поблагодарил Господа и вернулся в Астрахань. А вскоре получаю телеграмму из Киева следующего содержания: "Господи, спасибо за Лавру! 50000 киевлян молятся за Вас ". Это был первый молебен в Лавре ».

В 1990г. Архиепископ Феодосий снова возвращается в Украину. И хотя, казалось, безбожие изменила эпоха религиозной свободы, однако, по Владыку ждали новые испытания. Решением Священного Синода Украинской Православной Церкви был назначен Управляющим Ивано-Франковской епархией, которая к тому времени почти полностью разгромлена униатами: «Когда я приехал, то долгое время служил в комнате Епархиального управления, потому храмы все забрали. Где-то раздобыли Святую Чашу. Иерейская риза была одна, да и та черного цвета. В этой черной ризе мой священник служил Пасху и святил людям куличи. Мы требовали у властей вернуть хотя бы один храм. Но те и слышать не хотели. Тогда наши верные захватили некоторые помещения горсовета и объявили голодовку. Куда я только не писал! Даже в ООН. И только на 51-й день голодовки власть уступила и передала нам бывший детский сад. Он и стал нашим собором. И там было мое жилье. Было очень тяжело. И труднее всего именно то, что нас гнали НЕ безбожники-уполномоченные, а те, кто называл себя христианами ».

7 августа следующего года владыка Феодосий назначен архиепископом Винницким и Брацлавским, а с апреля 1992 - снова на Полтавской кафедре.

В мае 1992 г.. Архиепископ Феодосий принимал участие в работе исторического Харьковского Архиерейского Собора, на котором был утвержден канонический статус Украинской Православной Церкви и осуждены раскольнические действия бывшего Киевского митрополита Филарета (Денисенко), а также избран на древнюю кафедру Киевских Первосвятителей Блаженнейшего Митрополита Владимира.

Что касается церковного раскола, возникшего в 90-х гг. И до сих пор остается болезненной раной на многострадальном теле Украинской Православной Церкви, Владыка говорил следующее: «Этот раскол прошел через сердца всех верующих и из-за моего тоже. При "советах" меня называли "украинским националистом, буржуазным философом", в 60-е годы именно так меня клеймили по телевидению. Теперь же называют «московским попом, солдатом» и т. Д. Основой раскола была политика, интриги, деньги, и лишь прикрытием - национальная идея. Эту изящную игру не все заметили. Но Церковь Христова стала крепким орешком для Иуд нашего края ».

В 1996 Решением Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Владимира за усердные труды на благо Церкви Христовой архиепископа Полтавского и Кременчугского Феодосия было возведен в сан митрополита.

В 2000 году. Увидела свет книга Владыки «Украинский Екклесиаст». Его перу принадлежит 16 томов «Святой колодца», 10 томов проповедей, том поэзии, том басен, 5 томов «Путь святых», книга «Матушка Нектария», брошюра против унии «Истинное слово к галицкой молодежи», несколько работ против различных сект и брошюра «В защиту Православной Церкви от филаретовского раскола».

Почил митрополит Феодосий 1 октября 2001 после тяжелой болезни. А 4 октября в Свято-Макариевском кафедральном соборе Полтавы после Божественной Литургии состоялось его отпевание, которое возглавил архиепископ (ныне - митрополит) Днепропетровский и Павлоградский Ириней.

Вечный покой митрополит Феодосий нашел в усыпальнице Полтавских Преосвященных в Полтавском Крестовоздвиженском монастыре рядом с могилами своих приснопамятного предшественников: архиепископов Иоанна (Петина) и Парфения (Левицкого) и епископа Тихона (клетках).

В одном из своих последних интервью Владыка Феодосий сказал слова, которые с полным правом можно считать его духовным завещанием: «Я обращаюсь к нашему многострадальному народу: берегите свою православную веру, берегите свою песню, культуру, обычаи, язык и высокую мораль! Будьте мудрыми! И пусть вас благословит Господь Бог на добрые дела! »

Вечная Вам память, дорогой Владыка!

Пресс-служба Полтавской епархии УПЦ

Но как праздновать, когда главная наша святыня и колыбель отечественного монашества - Киево-Печерская Лавра функционирует как музей атеизма?